Победитель
Армандо Пинелли, 70-летний житель Италии, долго спорил с соседом, кто из них будет сидеть на единственном стуле в тени пальмы. Он выиграл спор, после чего дерево упало прямо на него.
Мудрый совет
В Нью-Йорке человек попал под машину. Он совершенно не пострадал, однако умный прохожий, ставший свидетелем, посоветовал ему притвориться серьезно пострадавшим и потребовать компенсацию. Человек согласился, но как только он снова лег перед машиной, та сдвинулась с места и задавила его насмерть.
Далее »
"Когда вы летите в самолете, ваши волосы растут в 2 раза быстрее.
Большие дозы кофе смертельны. Если у Вас получится выпить 100 чашек за 4 часа, Вы, скорее всего, умрете.
ДНК человека на 30% совпадает с ДНК салата.
Чихнуть с открытыми глазами невозможно.
Далее »
Я делаю свое, а ты делаешь свое.
Я живу в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям.
А ты живешь в этот мире не для того, чтобы соответствовать моим.
Ты это ты, а я это я.
И если нам случится найти друг, друга — это прекрасно.
Далее »
Раньше я был невысокого мнения о Каддафи. Не знал почти ничего, а что знал из СМИ, то не шибко радовало. Ещё один… то ли мубарак, то ли зимбабвийский людоед, то ли ещё кто, с нефтью и понтами.
На дворе 21-й век, продаётся всё и вся , люди сменились лядями, и так почти повсюду. А уж в Африке-то..
Далее »
Чем отличается тюрьма или колония от концентрационного лагеря? Концлагерь не является местом заключения уголовных преступников, – наоборот, «вертухаи» в концлагерях именно уголовники, наводящие ужас на заключённых (1), – это место для скорейшей ликвидации больших масс противника, скажем так, атипичным или латентным образом. Нет расстрелов, нет виселиц, просто «перемещённые» или «неугодные» или «подозрительные» граждане очень быстро мрут. Именно для этого впервые северяне в годы Гражданской войны в США создали концлагеря – в них погибло больше людей, чем в самой войне. Концлагерями американские евреи заставили всю Среднюю Россию и в годы большевистского «красного террора». От фактов геноцида просто мутнеет в глазах и дурно становится, однако это правда, которая может быть очень отвратительной и кошмарной. Само собой, реальный ужас и холокост концлагерей Америки и Африки, а потом и России и Германии, проходит с годами и остаются только цифры и факты, вызывающие лишь некоторую эмоциональную нервичность. Сильнее и свежее действуют фотографические и кинематографические документы, приблизительно показывающие, что же происходило в действительности [386, 387, 393, 401, 414, 430, 560]. Впрочем, в периметре концлагеря было абсолютно запрещено проводить съёмку или фотографировать объекты – менее всего «властям» были нужны такие следы «деятельности» (2). Более того – не было никаких приказов на бумаге (3). Если на то пошло, не было даже устных распоряжений, поскольку психопаты и параноики [57, 119, 153-156, 208-210, 282, 290-297] «на верхах» диким образом подозревали друг друга и шпионили друг за другом, используя в том числе и прослушивание, так что вольным образом службисты никогда не распространяются, а тем более в общении друг с дружкою. Практически у каждого крупного бонзы Германии времён гитлеризма была своя разведслужба шпионить друг за другом – такие вот альтер камерады. Например, «Служба разведки Люфтваффе» Гёринга – нонсенс какой-то. Она на хрен не была нужна, служба-то разведки авиационных войск. Для этого есть военная разведка – абвер (4). «Служба разведки Люфтваффе» была личной разведслужбой Гёринга, у которого стремительно развивался острый параноид, впрочем, не в такой степени, как у фюрера Франкенбергера. Абвер, гестапо, СД, потом РСХА, своя разведка у МИДа Риббентропа, даже у убогого козлища Розенберга (5) была своя разведка при «министерстве Восточных Территорий» – всё это ячейки единой инфернальной структуры тотального контроля, в данном случае над порабощёнными немцами, и если в службе Гёринга не было ни одного человека из СС, а в СС любого проникшего постороннего (неважно из какой службы), пусть того же «человека Гёринга», очень быстро находили с проломленным черепом где-нибудь в лесополосе (если нужно было, чтобы нашли), то это ни о чём не говорит. Всё это, как говорится, «дела семейные». Службист это просто службист, анальный психопат с «комплексом власти», подавленный гомосек, недочеловек с непременной семитской примесью (часто вопиющей) [350], не способный оценить лучшее, что жизнь может дать – красоту Природы, красоту отношений, музыку, поэзию, любовь. Да о чём говорить? У традиционалистов даже чувства юмора нет. Точнее, у зомби вообще нет чувств. Только вглядитесь в мрачные и тупые рожи всех этих Гегелей, Марксов, Фрейдов, Драйзеров, Майринков, Эвол, Дугиных, Головиных, Будённых и прочих недоделанных рабов. Как же пусты их коммунистические, пидарастические глаза. Но где-то в глубине их таится нечто зловещее и инфернальное. Не вполне глаза людей, такое впечатление. Может, просто дегенераты (6). В этом их загадка, только и всего. Бесчувственные. Ни чувства юмора, ни чувства вкуса, ни даже полноценного чувства ненависти. Ничего. Пустышки. Григорий Климов (Ральф Вернер) провёл уникальную работу (7), разоблачив всех этих «властных» идиотов, всю их сущность от и до. Такие персоны стремятся «на вершины», будто некие «горные козлы» (конечно, реальных гор они и не видали), чтобы затем пачкать мозг людям своими патологическими бреднями и устраивать истеричные невменяемые спектакли, весьма и весьма смахивая на буйнопомешанных. Таковы персоны, коим, якобы, доверили власть. Как можно доверять козлищам – даже свиду козлищам – хотя бы на йоту, постичь неимоверно трудно. Но диффузных простаков, к сожалению, действительно большинство. Никто из истинных высших, впрочем, «быдлом» их вовсе не считает. Наоборот, нечто типа плохо контролируемой ярости переполняет огненной пневмой кровь, когда изучаешь нахальный цинизм, с которым «властные» подонки проворачивают свои гнусные опыты с населением. И неважно, «капиталистический» ли это запад или «коммунистический» восток, поскольку капитализм и коммунизм это попросту две талмудические ветви (иерусалимская и вавилонская, соответственно), адаптированные для запада Гегелем, Марксом и прочими рабами под видом «философии»: «Бедный Аристотель, бедный Кант, бедный Гегель, бедный Рассел. Нельзя не задуматься, не обречены ли они навсегда оказаться в аду Данте, где их мучительным наказанием станет вечное обучение скучным правилам «практического разума» у одной из машин бедного Джона фон Неймана! Их преступление, за которое такое наказание может быть подходящим, состоит в том, что труд их дьявольской жизни был посвящен тому, чтобы помешать обманутым ими людям открыть красоту того, что значит – быть человеком», – патетически изрекает Ларуш-младший, один из знаковых логиков запада ХХ века [151].
Далее »